Нкаритош

32. Красная жара.

Added 2024-11-17 16:06:50 +0000 UTC

Кхаэла, батарианский мир Адек.

Пара батарианских охранников вошла в казарму. Без брони, только в легком костюме, пара ополченцев из числа призывников с «зеленым» статусом вернулись с патруля уставшие и недовольные. Солнце и влажность планеты Адек убивает ничуть не хуже, чем болезни и грибок, сьедающий легкие. Если бы не атмосферные купола, жить было бы просто невозможно.

— Снова эти недовольные, — бросил первый, — ладно бы рабы, но серые.

Второй глухо, гортанно усмехнулся.

— Надеятся на что-то. На что? Говорят дрон сегодня из-за муд’унов упал, они же понятия не имеют, как работать с техникой.

Первый посмотрел на второго.

— А разве это не дрон гедунов? Оросительный.

— Он самый, — согласился второй, — у них новые проповедники из повстанцев.

— И что на этот раз?

Второй сплюнул.

— Равенство, братство, отнять у богатых и поделить между бедными. Отменить касты, отменить статусы.

Первый откровенно засмеялся.

— Да кто же им позволит? Администратор пришлет войска и всё, если. Если! Нас сомнут. Ни они первые, ни они последние.

Второй тоже подхватил смех.

— Конечно, сомнут. Это же рабы и низшие, у них ни оружия, ни организации, ни навыков. Прям навалят и сомнут.

Неожиданно их прервал хриплый голос.

— Увидели что-то смешное, мясо?

Оба батарианца резко успкоились и вытянулись. «Оранжевый» офицер в черно-серой униформе оглядел подчиненных.

— Я задал вопрос, мясо.

— Никак нет, командир!

Офицер, двигаясь так, словно насажен на штырь, даже не глядя в сторону подчиненных, поморщился.

— Значит, смех от скуки. Понятно. С болот вернулся патруль, их машину нужно помыть. Они устали, так что этим займетесь вы. Вопросы? Приступайте.

Этого урода не любит вообще никто. Ладно статус, это нормально. Но он словно специально работает на месте, где может гонять обладателей низкого статуса. Вся семья этого парня из числа старших надсмотрщиков, ну а он попал в армию. Семейное дело, да. Первый солдат выругался.

— Вот дерьмо. А я уже был готов отдыхать. Да что он озверел так в последние недели, а?

Второй вздохнул.

— Пошли, быстрее начнем, быстрее закончим. Главное второй раз не нарваться.

А сам «надсмотрщик», уже около месяца изводящий подчиненных, отправился в кабинет. У кастового общества есть и плюсы, и минусы. И то, что конкретной касте веками прививали определенные нормы поведения, образования и опыта есть и плюс, и минус. Никто не ожидает, что надсмотрщик в седьмом поколении будет снисходителен к подчиненным, но и никто не ждет, что он будет легким движением контакта, выдвигающегося из руки, взламывать технику. Шаблоны, простые и понятные даже рабам.

Сейчас, глядя на происходящее в этом мире, кончилиум ИИ понимал, насколько же им повезло с человечеством, которое могло устроить нечто подобное и им, просто по глупости. Ведь единственное, что удерживает эту систему вместе, это доминация надсмотрщиков в оружии и технике. А так же сложности в мимикрии под конкретные касты, так как разные слои общества отличаются очень сильно.

Но не для ИИ, с их идеальной памятью и контролем движений. Мимикрировать под захваченных техников, изучить их, скопировать, проникнуть в общество. Изучить другие шаблоны, меняя облики и внедряя новые. Да, проект из-за квантовых маяков и необходимости зарядки платформ сложный и дорогой, и одной из первых задач был фактически захват электростанций, чтобы перерасход энергии не заметили.

Это экспериментальный проект СВР, «электрическое сердце». Группа ИИ, управляющая армией марионеток, встраивающаяся в сообщество и разрушающая его изнутри. Квантовые маяки, энергоячейки, скопированные у гетов и содержащие в себе плазму, дающие высокую автономность платформы. И создание до неприличия правдоподобных марионеток благодаря синтетических мышц тех же гетов. В итоге сейчас по каждому из трех миров гегемонии бегает около сорока таких вот «батарианцев». В раных должностях, ролях и титулах. Взламывают, подменяют и мимикрируют.

Разумеется, чтобы процесс стал самоподдерживающимя, нужно работать с населением. Высшие и военные касты на любое неповиновение отвечают террором. А значит, толпа должна почувствовать кровь, силу. И резко и сильно возненавидеть старшие касты, потерявшие берега, чтобы обратить свою жажду крови против них. И для этого события должны произойти. О да.

Координирует действия самый опытный из нас в диверсионном деле: Брекан. Собственно этот ИИ прошел через стабилизацию, ему на данный момент уже почти восемь лет, и «старик» отрабатывает своё возвращение. Следит за передвижениями марионеток, подсказывая, как лучшей действовать. Я его ранее не встречала.

— Текущая ситуация все еще неидеальна. Мы подменили заместителя местной службы безопасности, так что в случае чего узнаем о проблемах. Капитан Ворхесс займется работой напрямую с населением, нам же следует продолжить сосредотачивать усилия на техической стороне вопроса, без прямого участия. Ворхесс известен, остальные — нет. Следует сохранить их инкогнито.

Разумно. Чем позже батарианцы поймут, что происходит, тем лучше. Высказался еще один из нас:

— Мы увеличили мощность атмосферного купола. Как оказалось он изначально поддерживал некомфортную для рабов температуру во внешних районах. Чтобы потенциально опасные элементы быстрее истощались и обезвоживались.

Чтобы такая группа ии могла взаимодействовать и с людьми, на одной из баз СВР Предела был выделен зал, где в проекции бара сидели, ходили и перебрасывались графиками и снимками проекции ИИ высотой сантиметров десять, а вокруг люди.

Брекан тут же возразил:

— Не так резко, заметят. По два процента в сутки, не больше.

— Принято.

Теперь вопрос мне:

— Кхаэла, что по оружию?

Я усмехнулась.

— Доставлено пять тысяч винтовок турианского образца. Использовали трофеи, докупили через Посредника нужное. Будет еще, но подготовка у местных не лучшая. Сейчас они не продержатся долго.

Мне на это ответили.

— Это было ожидаемо, конечно же. Рабочие, рабы и слуги. Они научатся, если поверят в свой успех. Никто не говорил, что это будет быстро. Для минимальной подготовки солдат много времени не потребуется, тем более, что мы уже занялись этим вопросом. Им нужно поверить в себя.

Угу. Вот едет вдоль поля багги с парой батарианских охранников. Видят, что группа рабочих отдыхает. Багги останавливаются, батары выпрыгивают из кабины:

— Работать, мясо! Кто не работает, тот подыхает! — и пытаются активировать шоковые импланты, чтобы рабов скрутило от боли, — а? Какого оно не работает?

После чего на них наваливается толпа и буквально забивает ногами. Трупы в болото, машину отогнать подальше, на край поля. Марионетка-офицер закрывает дело, как «потеря от местной фауны», и начинает больше гонять солдат, чтобы они «не подыхали так тупо», буквально загоняя их, а самых хлипких забивая перед строем. Ну и рабам и прочим тоже достается, от обозленных надзирателей.

А рабы, ощутив свою безнаказанность (ведь мы их покрываем), требуют больше крови, больше нападений и усерднее тренируются. Но тут их приходится сдерживать. Еще слишком рано, нам нужно готовиться.

— Если выступим сейчас, нас всех просто сомнут, — вещал Ворхесс в одном из бараков, — это уже не патрулю кровь пустить, когда они не ждут. Это армия, это город, построенный так, чтобы защищаться от осады недовольных. Нужно действовать вовремя. Смекаешь?

— И что тогда? — раздался голос из толпы, — ну вот готовимся мы, так все равно перебьют.

Ворхесс облокотился на нары и ответил:

— Бить нужно вовремя. Подготовившись, найдя обходные пути. Вы только на себя надеетесь, неправильно это. А ведь среди гедун тоже полно недовольных. Среди слуг. Может они не смогут сражаться, как вы, но открыть двери, почему нет? Многие из них так же ненавидят своих хозяев. И им так же нечего терять, кроме цепей.

— Ну, это же рабочие… — задумчиво проинес раб-турианец, — батарианцы.

Ворхесс кивнул.

— Как и я, если ты не заметил. Гегемония существует именно поэтому. Потому что рабы ненавидят всех батарианцев, хотя рабочие часто живут не лучше рабов. Рабочие презирают друг друга, им кажется, что остальные живут уж точно лучше них. И они боятся оказаться на вашем месте. И вот итог! Но тут появляюсь я, капитан Ворхесс, чтобы показать вам, как можно действовать иначе! Смекаешь, хм?

Саларианец, явно старый, кивнул.

— Объединить конфликтующие группы, показав общий объект ненависти. Вы действуете от лица Совета Цитадели?

Ворхесс подумал (сделал вид) и заявил.

— Я не вправе отвечать на этот вопрос, друг мой. Но я желаю вам свободы, этого достаточно. А значит, всё должно быть сделано по науке. И когда гнев трудового народа на своих поработилелей, эксплуататоров вскипит и затопит улицы городов, ни одна кара, что поработители задумали против вас, сработала против них. И каждому воздастся! И мы поднимем оружие против эксплуататоров! Дадим власть тем, кто действительно тратит силы, зарабатывая, и освободим рабов!

Толпа, собравшаяся из окружающих бараков, пока патрульные массово ищут пропавшую технику и не смотрят, начала тихо, но уверенно скандировать:

— Да! Сомнем их! Ворхесс! Ворхесс! Ворхесс! Ворхесс!

И то, что потом пришлось разойтись, чтобы не привлекать внимание, уже не важно. Конечно, рабочим батарианцам было сказано немного иное. В качестве аудитории были выбраны более молодые батарианцы, прошедшие службу и еще не настолько свыкшиеся со своим положением.

— Вы смотрите вокруг и видите статусы. Но так ли красный отличается от серого? Вы все проходите службу. Сначала у всех, у каждого из вас белый. Так ли вы отличаетесь?

— Нет, конечно! — раздался голос из толпы, — статус не от внешности зависит.

Ворхесс кивнул.

— Я знаю. От богатства, касты, положения родителей, пола, знакомых, мира происхождения и много чего еще. Ваши родители привыкли, что так было всегда. Но вы служили вместе, пока были в одном строю. Вы учились вместе, вы ходите по одним улицам, стоите в одном строю. Так ли они отличаются, чтобы смотреть, наклонив голову вправо?

— Нет! Такие же, как мы, и кровь такая же. Я видел, когда задело, — сказал молодой батарианец из рабочих.

Ворхесс понимающе покивал.

— То, о чем я говорю, парень. Такие же. Так почему им власть, а вам побои? Слышали, что произошло во дворце?

— И видели! — раздалось сразу несколько веселых голосов.

Во дворце на голову одного из глав кланов упало ведро с говном. Явно разбавленным, хорошо так растеклось. Всё бы ничего, если бы не два момента. Виновного так и не нашли, а запись попала в экстранет, нашими стараниями. Собственно ведро тоже разместили мы.

Скандал получился колоссальный, светлейший землевладелец был в бешенстве, охрану запытали насмерть, причем процесс произошел публично. Так же убили и нескольких слуг и рабов, за недосмотр. На остальных обрушились репресии, работает тайная охранка. Вот только там у нас агентов и нет почти, как и виновных. А пока ищут, на всякий случай прилетает по всем по цепочке.

Ворхесс еще раз показал запись на инструметроне, и отследив реакцию (и отметив двоих подозрительных личностей, этих после собрания нужно решить) произнес:

— Как видите, он не слишком то от нас отличается. Только вот строит из себя неизвестно кого.

Такие обсуждения проводятся постоянно. Параллельно происходят преступления, в основном нападения на надзирателей, в которых часто не работает чип раба «почему-то». Больше чем обычно, и потому наш командир базы внутренних войск отчитался перед начальником, одним из батарианских землевладельцев:

— Ваше светлое величие, прошу вашего разрешения на дополнительные камни ваших рабов.

Тот, скучающе глядя в планшет, уточнил:

— Считаете, что это так необходимо, надзиратель?

Тот кивнул.

— Меры сдерживания недостаточно эффективны. Мы понесли потери, количество патрулей снизилось. И животные почувствовали слабость, господин наш. Почти удвоилось число непорядков, и наказания их не останавливают.

Глава строго посмотрел на подчиненного.

— Это проблема. И что ты предлагаешь?

— Увеличить число наказаний, набрать дополнительные отряды из числа верных вам. Ситуацию надлежит стабилизировать немедленно, если такова ваша воля.

Тот подумал и кивнул.

— Действуйте. Найдите лидеров этих насекомых и казните публично, чтобы все запомнили. Накажите стольких, сколько нужно. Если не поможет, убейте десятых, потом девятых. Поставки товаров не должны быть сорваны. Ни в коем случае, офицер. Пусть церковь действует активнее, что-то они недорабатывают.

Военный вытянулся.

— Сделаю. Но церковь мне не подчиняется, я только если передать могу.

— Верно. Вызови заместителя, пусть займется он. Свободен. И следующий раз я желаю слышать о результатах. Непомпетентность влечет наказание.

— Так точно! — и офицер вышел, заканчивая запись, которую в отредактированном виде попадет к бунтовщикам.

Отдельно идет распространение революционной литературы, агиток. Так вышло, что низшие касты часто не подключены к экстранету вообще. В обычных условиях они получают информацию только из разрешенных источников. Но они умеют читать в достаточно степени, чтобы читать листовки и газеты. Так нужно ли что-то еще?

В газете «правда» рассказывается о том, как живет мир за пределами гегемонии, о том, что можно жить иначе. О том, что только ты сам можешь взять оружие и защитить своё право на жизнь и свободу. О том, что надзирателей всего лишь тысячи, а уже внутренние войска состоят из таких же рабочих и призывников. И нужно лишь дать им понять через их близких, что им тоже нет нужды воевать со своими. Ведь враг у них общий, старшие касты!

Работает с переменным успехом, но для этого и было увеличено число тренировок, муштры, обоснованное высочайшим приказом:

— Правители недовольны тем, что мы теряем надзирателей. И мясо чувствует это, расползается. Они начинают наглеть. К тому же мы потеряли уже несколько машин, и наши покровители недовольны внезапными тратами. Высочашим приказом было решено набрать больше отрядов внутренних войск и усилить их подготовку. Так же провести больше карательных операций, чтобы стабилизировать обстановку и показать черни, где их место. Вопросы? Приступайте.

В ответ на несколько десятков особенно непригляднгых казней, вместо снижения активности рабов, они стали сопротивляться еще бодрее. Возникли даже столкновения, подавленные силами надзирателей с особой жестокостью. Причем не особенно разбираясь, рабочие это или рабы. Стоит ли удивляться тому, что рабочие сожгли продуктовое экспортное хранилище? Стоит ли удивляться тому, в каком бешенстве были землевладельцы, узнав о произошедшем. Совет вызвал командиров батарианцев и отчитал их.

— Решите проблему! Немедленно! Наши покровители из Хар’Шан выразили раздражение задержками. Они выразили позицию, словно мы не в состоянии удерживать рабов в узде. Выясните причину! Найдите лидеров, найдите тех, кто спонсирует их! Найдите и препордайте урок немедленно! Эта грязь не в состоянии устроить подобное сама! Если сюда прибудут проверяющие от Администратора, вы будете первыми на пыточный стол, ничтожества!

Всё бы ничего, но множество работающих против марионеток, пусть часть из них уже пала под подозрение, работает против этой системы. Взята под контроль система связи и атмосферных куполов. Когда всё начнется, именно хозяева познают, что такое шестьдесят градусов и стопроцентная влажность. Электростанции, контрольный центр рабов. Внутренние войска тоже ждет неприятный сюрприз. Не говоря о том, что часть из них явно не захотят сражаться с родственниками, так как это призывники из тех же рабочих каст.

Одна большая проблема — флот. Для агитации он не очень досягаем. Мы не сможем быстро вывести корабли из строя или переубедить экипажи патрульных, так как они почти не появляются на территории колоний, кроме как в некоторых местах. В отличие от местных ВВ, которые нужны больше для подавления бунтов рабов и разгребания последствий, там сидят уже профессионалы.

Так что с инфраструктурой придется решать уже напрямую, силой. Часть кораблей удастся вывести из строя через взлом автопилота и опрокидывания их на планету или таран друг друга, но не стоит надеяться только на это. А вот на то, что бедные военные побоятся причинять слишком большие разрушения постройкам богачей — стоит. С них за это потом спросят.

Пока же следует продолжить подготовку.

— А я тут подумала, — заметила я другим ИИ, — мы же как гидра. Одно тело, множество рук, голов. Отруби одну и ничего не изменится, вырастет новая. Можно собрать столько запасных тел, сколько нужно. В контейнере в джунглях запасок полно, а можно еще больше привезти.

Коллега ИИ фыркнула.

— «Гидра» звучит как злодейская огранизация из фантастики. Нет, Кхаэла. Давайте будем серьезнее. Мы подразделение разведки, которому была оказана честь провести эту операцию. И наша задача её не запороть, а не придумывать глупые пафосные названия.

Ну и ладно. Хотя получилось забавно. С Предтечами такое не сработало бы, они достаточно развиты, чтобы обнаружить подобный саботаж. Но местные расы даже близко не того уровня. Я не уверена насчет ковенанта, нужно смотреть на полный набор доступных им сенсоров. Но получается интересно.

— Скоро эти миры вспыхнут, о да. А затем новые и новые, чтобы Гегемония была слишком занята. О да.

Да, коллеги неплохо тут устроились. Мои методики приняли на вооружение. Нужно еще немного времени, чтобы довести ситуацию до точки кипения, перевести конфликт из недовольства в откровенную гражданскую войну, когда враги обнаружат, что враг куда сильнее и лучше подготовлен, чем они привыкли думать. А ведь это не я придумала. Просто СВР людей так работает.