Нкаритош

15. История успеха.

Added 2025-01-30 19:01:29 +0000 UTC

КэлРигар.

Едва выбравшись из десантного модуля, кварианец взглянул в небо. Рассветное небо прочертил входящий в атмосферу десантный носитель. Кварианцы, понимая, что их так просто не отставят, летели на своем модуле как можно дальше.

— Корабль больше не продержится, командир. На убитых двигателях.

Кэл’Ригар кивнул, соглашаясь с оценкой пилота.

— Тогда сажай нас. Берем всё, что есть и отправляемся как можно дальше. Не думаю, что нас так просто отпустят. Я бы не отпустил.

Планета обманчиво безопасна. Кислородная атмосфера, джунгли и зелень. Обманчиво безопасный дикий мир. Почему же здесь никто не живет? Дело в отдельных видах бактерий, крайне негативно сказывающихся на здоровье разумных. Терраформировать — слишком дорого, планет хватает. Потому планету и выбрали для карантинного мира. Даже если бы батары сбежали, далеко не убегут.

— У нас полтора десятка раненых, командир. Сложно будет.

Верно. Но оставлять их тоже неправильно. Да, вероятно они смертники. Даже если выживут, без еды, корабля и обслуживания, проживут недолго. И все же это выбор между попыткой выжить и просто сидеть и ждать смерти.

— На что вообще надеялись кроганы, отпуская нас? — поинтересовался один из техников, — перебили бы и дело с концом.

На это ответил раненый турианец.

— Надеются, что мы приведем их к базам, которые они сами не нашли. Поставить маяк на корабли, потом нанести авиаудар по точке посадки. Я бы так сделал. Как только сядем, по нам и отработают.

В этом есть смысл. А значит, нужно высадиться заранее. Пилот, молодой совсем кварианец, тоже это понял.

— Высаживайтесь. Я уведу корабль как можно дальше. Мягкой посадки не будет, но она и не нужна.

Турианец на это возразил.

— Нет. Пилотировать буду я. Всё равно с моими травмами далеко не убегу. А отряду меньше веса будет.

С точки зрения голой рациональности — решение верное. На их корабль погрузили раненых из медблока, в том числе с переломами и повреждениями органов, рваными ранами. И их, после высадки из движущегося корабля, придется тащить на руках. А это значит меньше припасов, меньше скорости. С другой стороны, жертвовать своими, не хочется. Но выбора действительно нет. Если после остановки корабль обстреляют, умрут все. А так будут шансы.

— Хорошо, — наконец решил кварианец, — так и поступим. Замедлись, нам нужно место для высадки.

Задача непростая, но для высадки выбран берег ближайшей реки. Просто потому, что там нет деревьев и можно опустить десантный модуль достаточно низко. Мерный писк предупреждает о скором выходе из строя двигателе и утечке топлива. Полностью провести ремонт не успели.

— Приготовиться! Пошли!

Отряд почти высыпался из модуля. На ходу, в песок и в воду. Оценить дно и поискать другие варианты возможности не было, модуль и так начал крениться на правый борт. А едва высыпавшиеся из него кварианцы и турианцы оказались на песке, унесся вперед, набирая скорость и оставляя постанывающих и раненых приходить в себя.

Кэл’Ригар зашипел, когда при падении он ощутимо ударился. Перекат немного погасил инерцию, но это все равно больно. И подняться на ноги удалось не сразу, именно из-за этой боли.

Так что усевшись и проверяя конечности (болит, но вроде бы ничего не сломано) спросил:

— Доклад!

Подчиненные забегали, а точнее пошли и похромали проверять выживших. Всё плохо. Четверо турианцев и раненый кварианец уже никуда не идут. Повреждения грудной клетки, сломанные конечности, причем переломы усугубились. Было понятно, что так и будет, но все равно, приятного мало. Секундой спустя Кэл’Ригар понял, что спрыгнули не все.

Попытка подняться отозвалась болью. Всё же падать было высоко.

— У нас четверо новых раненых. Шестеро не спрыгнули, командир.

Так и есть. Это были раненые, видимо решившие, что не смогут адекватно приземлиться. Да даже у тех, кто спрыгнул, получилось так себе. Не десантники, все же.

Раздался выстрел. Кварианец схватился за оружие, но угрозы не было. Кроганы не пришли, люди тоже. А вот один из раненых окрасил своей кровью песок, выпустив из ослабевших пальцев пистолет. Жаль но… это рационально. Чем меньше раненых, которых нужно нести, тем больше мы можем взять припасов, ящики с которыми разбросаны по берегу.

Отряд отвлекся на вспышку взрыва вдалеке. Не там, куда улетел модуль.

— Это носитель. Туда падал он, — заметил, постанывая, один из раненых.

И, как бы подтверждая его слова и мысли самого кварианца, туда ударило еще несколько точек, отчего все зажмурились и закрыли глаза. Несколько секунд спустя отряд настиг хлопок ударной волны, а на горизонте появился ядерный гриб.

— Нам пора, — отметил КэлРигар, — пока и по нашей позиции не прилетело. Берем всем, и сколько можем припасов, и выдвигаемся.

И они покинули берег. Отряд даже близко не похож на бодро бегущий. Покачивающиеся, хромающие, раненые и на носилках. Осложняет ситуацию полное отсутствие любых дорог, тропинок и проходов через джунгли. Отчего приходится натурально продираться вслепую через густой лес. Куда идти? Непонятно. Скорость движения тоже оставляет желать лучшего, так как для раненых нужно прокладывать тропинку.

Грохот взрыва пришел еще через час.

— Ну, вот и всё.

Турианец, которому Кэл’Ригар помогал идти, заметил:

— Они сами выбрали свой конец. Если бы мы остались внутри, или замедлились, разделили бы их судьбу.

Так и двигалась через лес эта похоронная процессия, хрустя ветками и проламываясь. Утро сменилось днем, отряд остановился на привал. Медикаментов мало, еды тоже. В таких условиях раны гноятся не легко, а очень легко. Время от времени раздавались серии взрывов, но определить, что там происходит, просто нереально.

И, однажды, на втором привале, когда командира кварианцев начали посещать мысли о том, кого придется добивать, чтобы отряд прожил еще дольше, раздался крик:

— Противник!

— Нет, — ответил незнакомый голос.

Из джунглей вышел саларианец. Одетый в закрытую одежду, в которой узнается военная форма, адаптированная для сложных условий. Один рог поврежден, еще и шрам, словно от удара по голове.

— Ты еще кто?

Саларианец смотрел спокойно, игнорируя с десяток автоматов и пистолетов, направленных на него.

— Идем со мной, если хотите жить. Или можете остаться и умереть от голода, болезней и яда.

На это кварианец повторил вопрос:

— Кто ты?

Но салару было совершенно безразлично.

— Тот, кто предлагает вам выход. Вы можете отказаться. Выберете вы медленную смерть, или включите системы связи, на которые будет наведен орбитальный удар, уже ваш выбор. Решайте.

Вот только сомнения никуда не делись.

— Ты слишком вовремя появился.

Саларианец, которого все это время держали на прицеле, легко кивнул.

— Не спорю. Выжидал удобный момент. Ваш выбор прост: пойти со мной или нет. Если бы не хотели жить, остались бы на корабле. Думайте. Чем больше думаете, тем меньше у вас времени. По планете будет нанесет удар торпедой людей. Ничего не останется. В худшем случае, умрем все.

— И ты тоже, — бросил один из турианцев.

Как бы не хотелось спорить, салар логичен. Шансы выжить в джунглях с таким количеством раненых, без декстро еды и медикаментов — минимальны. К завтрашнему утру начнется очень много крайне неприятных заболеваний, к концу недели даже кварианцы будут небоеспособны. При том, что даже с маяком не факт, что их бы нашли. Не говоря о возможности бомбардировки. И чем дальше кварианцы и турианцы думали, тем яснее становился этот факт.

— Похоже, у нас нет выбора.

Саларианец снова коротко кивнул, махнул рукой и направился в глубины леса, показывая дорогу.

***

Совет Цитадели пребывал в некотором шоке. Всё происходящее подчеркивало это. В первую очередь — состав. В обычное время Совет Цитадели — трое дипломатов, по одному от каждой расы. Говорящие головы. Не принимающие собственных решений, они только озвучивают заранее известные истины и позицию своих правительств.

Любое решение требующее консультаций — затягивает заседание. Если одна из рас Цитадели против или это азари — заседание затянется, пока правительства не решат вопрос между собой. Но в этот раз на Цитадель прибыли и представители от Совета Матриархов, и далатрессы, и даже турианский Примарх.

Все верхушки прибыли на Цитадель лично и заняли один из крупных залов совещаний в Президиуме, обычно пустующий и подготовленный как раз на такой случай. Сам по себе зал круглый, в котором по секторам расставлены столы, которые занимают делегации рас Совета. А в центре трибуна и проектор, для лучшего освещения информации. Таким образом получается небольшой амфитеатр.

Все эти делегации уже изучили записи их батарианского пространства, впечатлились, и единогласно пожелали обсудить вопрос. Разумеется, по такому случаю силы Цитадели были усилены двумя флотами с самым современным вооружением. Матриарх азари, вновь просмотрев показанную на проекторе запись с Кхар’Шана, задумчиво и с плохо скрываемым волнением произнесла:

— Это… такого не было со времен Рахнийских войн.

Чистая правда. Только кроганы с их почти бесконечной пехотой смогли совладать с врагом, который сжирал планеты со всем населением. Рахни привычны к большему числу составов атмосферы, могут плодиться в колоссальных количествах. А их ульи, скрытые на глубине, были слабо уязвимы для бомбардировок. И пусть никто из ныне живущих рахни не застал, записей осталось более чем достаточно.

Саларианская далатресса возразила:

— Этот враг отличается от рахни. Мы ознакомились с переданными записями, и вынуждены согласиться. Это вирусная, паразитная форма жизни, сочетающая в себе свойства грибов, вирусов, и высших форм жизни, способных к коммуникации и обучению.

Примарх нахмурился.

— Ваше предложение о карантинной зоне привело к значительным жертвам. Очень надеюсь, что оно того стоило.

Далатресса, пожилая саларианка с морщинистым лицом и в плаще, неспешно кивнула.

— Стоило. Как бы не были полны данные людей, нам следовало убедиться, что решения действительно нет. Мы подключили наших лучших ученых и они уверены, что найдут решение.

Матриарх азари возразила:

— В записях этих «Предтеч» указано, что потоп уже применял подобную тактику.

И снова кивок от далатрессы.

— Возможно. А возможно, организм после отступления потратил время на эволюцию. Согласно данным, речь о эпохах, тысячелетиях. Это существо, ощутив угрозу, оступило, эволюционировало и вернулось иммунным. Подобное поведение логично, для разумного вируса. Эволюция простейших может занимать годы. Я не представляю, как много можно изменить, имея даже тысячу лет. Но ученые говорят, что это может быть полностью другой организм. В любом случае, даже тысяча лет будет хорошим временем для подготовки.

Примарх возраил:

— Если вы правы, далатресса. Всегда может быть, что враг действительно настолько опасен, как это выглядит.

Другая далатресса и по совместительству одна из глав кланов с некоторым раздражением напомнила:

— Полагаю, если вы желаете проводить зачистку своими методами, никто не станет с этим спорить. Все же жизни наших солдат важнее этого… вируса. Как и тех, кого он сожрет. Но это не значит, что следует отказываться от научного подхода. У нас уже есть удачный опыт подобного.

Матриарх азари фыркнула.

— Генофаг. Решение созданной вами же проблемы.

Знают об этом не все, но именно саларианцы в свое время ускорили развитие кроганов. Именно они создали кроганов-биотиков, воителей. Кроганам выделили миры и кормовую базу для взрывного роста популяции. А когда применили генофаг, фактически, исправляя созданную своими силами проблему, расчётная численность кроганов должна была оказаться на уровне как раз их населения до рахнийских войн и возвышения.

Далатресса на подобное отреагировала спокойно:

— Всего лишь означает, что именно у наших ученых больше всего накопленных опыта и знаний для манипуляций с этим организмом. Как я уже сказала, если Примарх согласен, можете продолжать зачистку. Мы же будем искать альтернативное решение.

Но азари в этот раз не спешила принимать дипломатическое решение.

— Или же плодить новые точки заражения.

Но саларианка не спешила отвечать на явное обвинение. Она посмотрела на соратниц, которые короткими жестами выразили согласие. Азари явно против. Турианцы же явно колеблются. Все же вся мощь противодействия ляжет именно на них, и Примарх это понимает. Как и то, что аналог генофага может значительно уменьшить ущерб. Нужно дожимать. Так что далатресса произнесла:

— Мы не собираемся использовать лаборатории на населенных мирах. Безжизненные луны, ядерный заряд, на орбите корабль, который проведет бомбардировку в случае минимальной угрозы. Мы примем все необходимые меры. Кланы не требуют турианских кораблей, справимся сами, но текущей ситуации нам необходимо ваше согласие. Ситуация крайне серьезная. Даже несколько организмов могут полностью зачистить население планеты, обратив его в солдат, которые выступят против нас.

Примарх думал, он все еще колеблется. Ситуация непростая.

— Как та зачистка, проведенная с участием кроганов. Почти три десятка миров Терминуса.

Матриархи азари следили за разговором с неудовольствием. Речь о случившемся несколько лет назад инциденте, подробности которого старательно затирались и секретились. Даже было устранено несколько Спектров, а флоты турианцев сожгли около десятка крупных банда наемников и два квазигосударства, чтобы сохранить тайну. Дошло до подрыва ретранслятора и обвинения в этом людей. Что характерно, люди за некоторую компенсацию, согласились с таким решением.

Азари были недовольны, так как действовали фактически за их спинами. Но так было нужно. И пусть никакого раскаяния на каменных лицах далатресс или Примарха прочитать невозможно, далатресса все же решила дать пояснения.

— Вспышка заражения в терминусе зрела долго, и была поначалу незамечена. Тот сектор оказался рядом с зоной «мертвого света», фактически отрезан. Заражение быстро распространялось, ничего не помогало. Когда мы начали сбивать корабли выяснилось, что вирус может использовать разумных-переносчиков. Внешне неотличимые от обычных живых, они доставляли вирус в иные миры. Только тотальная зачистка и изолированной сектора позволила сдержать заражение.

Матриарх сменила обычный высокомерный взгляд-маску на видимое раздражение.

— И засекретили всё так, чтобы никто не узнал.

Один из турианкских генералов, получив разрешение, пояснил.

— Это существо крайне живучее и легко распространяется. Чтобы хаос распространился, хватит одного разумного, и это не шутка. Пришлось превратить весь сектор в мертвый космос, обрубив ретрансляторы. Никаких свидетелей. Никаких маршрутов. И реальность такова, что эту вспышку мы не удержим, если не будет другого решения. Повторение вспышки гарантирует огромный ущерб. И мы готовы рассмотреть альтернативу, если таковая будет.

Далатресса позволила себе минимальное проявление эмоций — удовлетворение. Турианцы согласны. Азари, при всем их консерватизме, против большинства не пойдут. Что и случилось. Матриархи немного пошептались, но в конечном итоге их представительница сказала:

— Хорошо. Мы рассмотрим это, но нужно знать, что именно вы предлагаете.

Примарх на этот раз поднялся сам. Немолодой турианец, в военной форме и выглядящий максимально внушительно, произнес:

— Мы будем сражаться. Жнецы, рахни или этот паразит, мы приняли на себя обязательства, и мы исполним их. И мы ждем подобного от остальных.

Далатресса тут же подхватила:

— Наши ученые примут на себя риски поиска лекарства и утилизации любых негативных исходов его получения.

И обе делегации воззрились на азари. Как на тех, кто должен присоединиться ради победы. О чем матриархи прекрасно поняли. Как и то, что отказ создаст колоссальные проблемы.

— Мы поможем биотиками и ресурсами, техникой. И контактами с людьми и батарианцами. У нас они наилучшие.

А это уже упрек в сторону далатрессы. Саларианцы успели неоднократно передраться с человеческой разведкой. А учитывая любовь людской СВР выкладывать в экстранет особо удачные (для людей) стычки без цензуры, между разведками уже около десятилетия идет непримиримая война за то, чтобы уколоть конкурента максимально циничным образом. Азари серьезно подозревали, что некоторые воспринимают происходящее как своеобразный спорт. Но в текущей ситуации это скорее проблема.

— Приемлемо, — согласился Примарх, чем вызвал некоторое облегчение среди азари, — координация сил и доступ к мобильным группам на новейших кораблях людей будет очень кстати. К тому же их отряды кроганов весьма эффективны. Наши специалисты говорят, что с их генетикой работали.

Еще одна новость, серьезно порвавшая шаблон всем. А точнее целая пачка. Сначала выжившие геты, потом новые корабли (хотя это ожидаемо, так как и сама Цитадель перевооружается под новые реалии), а теперь еще и отряды излеченных кроганов в тяжелой броне. Последнее заставляет серьезно нервничать, так как текущая версия генофага этих кроганов не возьмет, а одна мысль, что они могут выйти из-под контроля, пугает многих.

И чего больше стоит опасаться, людей с их новыми технологиями, которые они осваивают очень быстро, или кроганов, вопрос дискуссионный. На Иерархию эта ситуация подействовала предельно отрезвляюще. Получившие общего врага, пусть и потенциального, Иерархия впервые за годы продемонстрировала новые образцы оружия и техники, причем превосходящие аналоги на нулевом элементе.

Азари явно проводят эксперименты со сложной биотикой параллельно с саларианцами, и даже показали рельсовое оружие, использующие методики, применяемые людьми и гетами. Спрашивать, откуда у них действующие образцы, никто не стал. С Ранноха, конечно же. Впервые за годы гонка вооружений, экспериментальное вооружение, вошло в широкий оборот. Уцелевшие государства Терминуса стараются не отсвечивать, когда две «Ауксилии» разнесли четыре устаревших, но дредноута с сопровождением. Наконец, азари сдались.

— Тогда так и поступим. Предлагаю обсудить технические вопросы.

Возражений не было.