Нкаритош

25. Поля Тессии.

Added 2025-02-21 20:03:57 +0000 UTC

Лиара.

После боя на складе колонне пришлось срочно покинуть это место. Началось все с еще одного патруля жнецов.

— Глаза на шесть! Их два.

Цилиндрические перехватчики жнецов появились на горизонте, явно направляясь в сторону склада. Они не прячутся, движутся на высоте сотни метров и на фоне неба их прекрасно видно. Из хорошего, у нас кроме трех грузовиков, еще и бронетранспортер. Его 155-мм орудия и пулемета вполне достаточно, чтобы разрушить два глаза.

— Похоже, мы привлекли их внимание, — отметил очевидное Джокер, — мне бы хоть что-то летающее, я бы им показал.

Но с этим сложно. Космос совершенно точно контролируют силы жнецов, об этом до обрыва связи было совершенно точно известно. Это здесь, у поверхности «глаз» не так много. Но первые часы жнецы активно выжигали космопорты, частные, армейские, все. Как они их нашли? Ну, наверное, как и прошлое вторжение, еще в нашей реальности.

А потом упала местная связь, и стало совсем плохо. Можно без особых проблем узнать, что происходит на другом конце галактики, но не что происходит в ближайшем городе. Так мы и оказались втянуты в ремонт башни связи.

Бронетранспортер прятался на складе, пока глаза не приблизились, после чего резко выкатился и выстрелил. Глаз накрыло взрывом, но тот вылетел из облака детонации дымящимся, но относительно целым.

— Ракеты! — приказала Джалим.

Вот только перехватчики жнецов явно не готовы просто быть мишенями. Алые лучи ударили один в бронетранспортер, другой в склад, в позицию стрелков, прочертив алую линию. Стена расплавилась, по связи раздались крики раненых. Луч относительно небольшого корабля способен прорезать броню «Нормандии», что говорить про обычный склад.

Но десантницы все же запустили ракеты. Вполне удачно, оба снаряда, несмотря на попытки уклонения, поразили цели. Один «глаз» завертелся вокруг оси, и искря алым воткнулся в землю. Второй пережил уже второе попадание, но падать отказался.

— Еще залп!

Бронетранспортер дал очередь из пулемета. Перехватчик жнецов пережил и это, искрясь, но не упал. И дал ответный алый луч по транспортеру. Тот импульс не пережил. Машина вспыхнула, когда луч прошел её насквозь, а через секунду вспыхнул изнутри. Пламя ударило из дыр, прожжённых перехватчиком, а десантница-пилот перестала выходить на связь.

«Глаз» же, искря и оставляя дымный шлейф, начал было падать, но в десятке метров над поверхностью выровнялся, нацелившись ровно на склад и дал еще один алый луч. В этот раз попадание было точнее, и пара десантниц были сожжены, вместе с куском стены. Ответная ракета прошла мимо, слишком маленькая дистанция. Но и перехватчик уже не смог сманеврировать, и впечатался в стену.

— Он внутри, огонь!

Я выскочила из своего грузовика, чтобы увидеть, как ядро перехватчик, сфера «глаза», попала под перекрестный обстрел, забрасываемая биотикой. Биотические воздействия помешали ему маневрировать, и едва выбравшись из завалов, шар тут же оказался под воздействием «сингулярностей» и деформации. Он попытался несколько раз дернуться, затем смялся и погас. И только тогда я смогла выдохнуть.

— Сколько мы потеряли?

Джалим пересчитала десантниц и ответила:

— Четыре минус, две ранены. Ну и броневик тоже. Уходить нужно, они еще вернутся.

Я выглянула из окна, посмотрев на факел, в который превратилась наша бронемашина. Уж очень удачное попадание, обычно они показывают просто чудеса живучести.

— Без бронетранспортера колонна будет дико уязвима. Нужно сделать отверстия и посадить на крышу ракетчиков, я не знаю.

Джалим подумала и согласилась:

— Хорошая идея. Возьмем ящики, пробьем в крыше дыры. Будут импровизированные огневые точки. И хоть какая-то защита от обстрела, если что. Иначе первый же налёт, и все кончится.

Все понимают, что даже так наши шансы не самые высокие, но это лучше, чем ничего. «Глаза» опасны как раз своими лазерами, которые способны, при должной удаче, прожечь даже броню крейсера, или как минимум повредить уязвимые точки, которые невозможно нормально бронировать. Например гондолы двигателей. Так что прожечь наземный транспорт для такого корабля не проблема.

Потому они с такой лёгкостью и нарушили логистику, одним выстрелом сжигая грузовики. Кстати, еще одна наша проблема, до этого путь через заторы прокладывал транспортер. Теперь придется объезжать. Что быстро и выяснила колонна, покинув склад. До интересующего нас комплекса связи всего около полусотни километров, но благодаря заторам это займет еще пару часов.

Джокер перебрался в мой грузовик и спросил:

— Так что там с зараженной едой?

Я пожала плечами.

— А что может быть? Замалчивание новостей из Гегемонии на пользу никому не пошло, и контрабандисты успели совершить еще по одному-два рейса. Мне удалось блокировать беженцев, ну, большую часть. Но вот грузы, такого никто не ожидал. Контрабандисты всё же просто перевозчики, они не проверяют каждый контейнер. Есть поставщики и договоры. И даже так есть те, кто попытается нажиться, и не станет сообщать об опасном грузе. Даже если потребую я. Особенно, если потребую.

Джокер хмыкнул, сидя в тени, все же места внутри грузовика не очень много, большая часть занята техникой. Едем ровно, подвеска хорошая.

— Все всех хотят поиметь. Кто бы сомневался.

Я только руками развела.

— Таков мир, Джефф. Это было во время вторжения жнецов, это есть сейчас. Вор время «нашего» вторжения жнецов мне очень часто приходилось осаживать излишне алчных. Контрабанда, самопал.

— «Цербер» под видом лагерей беженцев делал всякое… — протянул пилот.

Я задумалась, но все же кивнула.

— Ну да. Я знаю, что Призрак был индоктринирован и они делали хасков, но не он один такой хитрый. Кабальные контракты, фактическое рабство. Химия, которую гнали на Омеге и в других местах, и продавали задорого, под видом дорогих медикаментов. Пришлось постараться, чтобы поставить их на место.

Я обратила внимание на один из мониторов, где на горизонте видна неспешно вышагивающая фигура жнеца. Приближаемся. Джалим ведет брифинг:

— Военная база, где находится башня связи находилась за городом, там должен быть персонал. Судя по тому, что связь не работает, они мертвы. Наша задача проста: взять под контроль башню, провести ремонт. От этого зависит координация сил Республики в регионе. Сейчас мы даже не знаем, что происходит в ближайшем городе кроме того, что там ходит жнец.

Всё верно. Местная связь по сути не работает. И это мешает как военным, так и мне. Ситуация, когда Тессия по сути разделена на мертвые зоны, связь или не работает или глушится, создает огромные сложности. Мы могли бы координировать действия и маршруты, наносить удары по слабым точкам или центрам переработки органиков, которые те наверняка возвели. Бомбить позиции паразита или обходить их. Эффективность разведки возросла бы в разы. Всё то, чего сейчас не происходит. В худшем случае, системы связи будут полностью уничтожены, в этом случае. придется искать альтернативу. Я немного поработала с системами связи и сообщила:

— На общих каналах ничего. Похоже, выживших действительно нет.

Вообще нам повезло. За те почти три часа, что мы добирались до башни, нас так и не попытались уничтожить. Тут можно только порадоваться за то, что планеты такие большие, и накрыть их несколькими десятками или сотнями перехватчиков — нереально. Это и минус (проблемы со связью и координацией), и плюс (проще спрятаться).

Жнецов не волнует аккуратность в их действиях. «Глаза» проносясь над дорогами, режут и сжигают всё подряд. В одной из построек мы заметили «зубы дракона». Ломать не рискнули, мало ли, их работу отслеживают. Два раза видели солдат Республики с добровольцами, собиравшими припасы из уничтоженных машин. И пустой городок. В итоге получается, что четкого фронта не существует. Вот здесь насаженные на шипы тела превращаются в хасков, а у соседнего здания стоит грузовик снабжения войск обороны Тессии. «Глаза» и десантные корабли жнецов бы их атаковали, но их просто не хватает, чтобы блокировать всю территорию.

Мы вполне мирно подъехали к военной базе, проехали через сожженный кпп. Точнее сначала десантницы сходили в разведку, убедились, что нас не встречают.

— Внутри пусто. Тел нет. Только механические повреждения, внутри шел бой.

В конечном итоге, решено было заехать на территорию. Всё же под прикрытием зданий грузовики сложнее заметить.

Джокер остался внутри, смотреть через камеры, я же выбралась с десантницами на разведку. Что можно сказать? Это место действительно штурмовали. Следы фугасов, выбоины от пуль и брошенное оружие. Но — ни одного трупа.

— Похоже, они просто взяли и ушли, — отметила одна из десантниц.

Джалим остановилась и ощупала пол.

— Желтоватый налет, — они нажала несколько клавиш на шлеме, — воняет. Это не жнецы тут развлекались. Паразит. Шлемы не снимать, Джокер, сиди в грузовике. Всем действовать крайне осторожно, эти твари нахватали себе биотиков.

Паразита в первом проверенном здании не оказалось. В башне связи тоже. Это здание в центре базы, по сути башня. В отличие от казармы, она не выгорела. Это хорошая новость. Плохая…

— Они устроили перестрелку прямо в центре управления. Класс. Ремонт рискует затянуться.

Это новость неприятная, но ожидаемая. В отличие от следующей.

— Тут на складе четверо гражданских азари. Попытались не пустить меня, потому что «они первые тут», — фыркнула Джалим, все это время продолжавшая разведку, — что с ними делаем?

Ну… Убивать я их не хочу. Отпускать нельзя. И нужно убедиться, что башня не заработает.

— Запри их пока. Потом разберемся, что с ними делать, нужно закончить разведку, да и ремонт затянется. Консоль, похоже, обстреляли из автомата. Хотела бы я знать, кто это сделал.

— А ведь это могли быть и они… Они без защиты тут.

Тоже верно. Вообще с этой башней одни сложности. База: три жилых постройки, склад и гараж. Сейчас одна казарма сгорела, склад разграблен, в гараже наши грузовики, было пусто. Контролировать всё нас маловато. Так что нужно попытаться замаскировать систему связи. Десантницы-техники обещали закончить часов за шесть. А пока мы следим за периметром.

Взгляд все время возвращается к городу на горизонте и бродящим по нему жнецам. Да, их там больше одного. Три эсминца и гигант, похожий на Властелина. Ходят по городу, время от времени эсминцы жнецов перелетают с места на место. Видны зарева пожаров и вспышки алых лучей жнеца. И ответные выстрелы тоже, в городе продолжается бой. Иногда видны вспышки взрывов на поверхности и в воздухе. И много, очень много горящих построек.

Отчет о повреждениях от техников интересный. Помимо обстрела у консолей присутствуют и другие повреждения. Нельзя сказать когда, но похоже, что кто-то после обстрела влез внутрь консоли и бил по всему, до чего мог дотянуться. Связаны с этим наши пленницы или нет, вопрос интересный. Но информации мало, сервера повреждены. В помещении с камерами тоже шел бой.

Но они могут быть и не виноваты. могут действительно быть простыми гражданскими, пробравшимися на объект в поисках припасов. Или нет. Паранойя, чтоб её. И ведь личное дело не проверить, связи нет. Да и доступ к этой информации хорошо охраняется. Придется решать по ходу.

Жнец тем временем снес еще пару построек, а один из эсминцев словил несколько ракет, пошатнулся, после чего упал.

Сопротивляются, это хорошо. Азари не позволяет жнецам победить легко. Жаль, с паразитом так легко не расправиться.

Я смотрела вдаль, пока не услышала шаги сзади. Джалим. Не оборачиваясь, спросила:

— Как идет ремонт?

Та остановилась рядом и произнесла:

— Часа через три закончим. Там наши пленницы с тобой поговорить хотят. Просят лидера на пообщаться.

Я обернулась к Джалим, оторвав взгляд от очередного алого луча. Матрона стоит расслаблено, но взгляд то и дело срывается на громаду жнеца на фоне. Понимаю, он даже с такой дистанции выглядит пугающе. Черная фигура, неспешно, монументально вышагивающая по городу. Наконец, я уточнила:

— Что им нужно?

Джалим развела руками.

— Не уверена. Предлагают помощь, говорят могут ускорить ремонт техники. Думаю, хотят, чтобы мы забрали их с собой. Можем и не соглашаться, хотя с ними все равно нужно что-то делать. Оставлять их рядом с оборудованием — не лучшая идея.

Тоже факт. Убивать? Ну, пока они нам ничего не сделали, даже не пытались проявлять агрессию. Взять их с собой… Убить, разве что, но это возвращение к тому, с чего начали. Так ли они виноваты, что оказались не в то время и не в том месте? Я не знаю. И не хочу принимать это решение. Но оно может быть единственно верным.

Пришлось согласиться, и отправиться в разоренное административное здание. Ранее это были офисы, сейчас тут та же, что и везде, разруха, следы стрельбы. В одном из офисов, под охраной пары десантниц, оказались четыре азари. Выглядят не лучшим образом, в гражданской одежде, грязной и потной. Они не выглядят плохо, но видно, что ухаживать за собой им было некогда. Увидев меня, они удивились.

— Эм, мы просили поговорить с лидером. Прости, но, могли бы и просто не приходить, если против, — отметила старшая, на вид матрона.

Я по сравнению с ними как Советник на фоне жителей трущоб. Чистая белая форма со вставками брони, шлем (на них защиты нет вообще). Оружие, которого у них нет. Еще и я стою, а они сидят, и получается, что я смотрю сверху вниз.

— Я и есть командир группы. Но, если вы не хотите…

Старшая, явно старше меня раза в три, вздохнула.

— Понятно, не нужно, останься. Приношу извинения, просто обычно…

— Офицером должна была быть матрона? — уточнила я с легкой насмешкой, — можешь считать, что у меня богатая мать и это её солдаты. Факт в том, что мы на службе Республики, а вы нет. Я могу думать что угодно, но тащить гражданских не положено.

Младшие пленные попытались дернуться, но их лидер их остановила:

— Мы можем быть достаточно полезны. Я точно слышала, что команды снабжения используют добровольцев. Может мы и не бойцы, но мы биотики.

А еще навязываетесь. С одной стороны я вас понимаю, с другой паранойя не спит. Я уселась напротив захваченных азари.

— Что вы делали на этой базе?

— Искали еду, — бросила одна из дев, не удержавшись, — нам повезло улететь из города. Твари были слишком заняты, много кто успел улетать. Только вот… магазинов тут нет, вдоль дорог все разграблено. Ну и… — она вздохнула, — пришлось лезть сюда. Место явно заброшенное, может что забыли.

Я позволила себе легкую улыбку.

— Мародеры.

Пленницы возмущенно дернулись.

— Мы не преступники! — возмущенно заявила матрона, — припасы тащат все. Военные сидят на складах, полных еды, пока мы вынуждены сваливать бегом под обстрелом, а потом оказывается, что всё растащили! Это несправедливо, и вы это знаете!

Может быть. Одна из дев добавила:

— Мы может и не военные, но мы техники! И понимаем, как что работаем, мы поможем! Мо же не хотим всё бесплатно!

Тут я решила перейти в атаку. И лениво произнесла:

— Нууу, кто-то ломал оборудование. Не пулями, нет, отдельно вскрывал консоль и ломал.

Все три азари замолчали.

— И вы думаете, что мы? — произнесла матрона, — глупость!

Остальные закивали. Я же ответила более широкой улыбкой.

— Может быть. Или нет. И не нужно на меня так смотреть, факт целенаправленного саботажа — очевиден. А на базе кроме вас живых нет.

Неожиданно, возумущаться они не стали, хотя и смотрят неодобрительно. А вот десантницы, которые были не в курсе о саботаже, подобрались, готовые стрелять. Матрона посмотрела на них, на ожидающую меня, и подчеркнуто спокойно произнесла:

— Я так понимаю, нас никто не спрашивает. Но что дальше? Прикажете убить нас, командир? — последнее она очень четко выделила.

Явно апелляция к возрасту, все заинтересованные знают, как банды нанимают новобранцев. Повязывают кровью. А я дева, значит более молодая, дерзкая и жесткая. Не скажу, что претензия мне нравится, но тут они имеют право.

— Нет, не сейчас. Я предложу вам «объятия вечности» в форме допроса. Соглашаться или нет, решайте сами. Но без этого доверия не будет. У вас есть пара часов на подумать, но не более.

Оставаться и оборонять вышку мы не сможем, своих дел хватает. Да и не было такого требования. Нужно восстановить связь, а не стоять насмерть. Тем более, что жнецы могут прислать хасков и просто задавить мясом объект, или сжечь его, учитывая попытки его оборонять. И отсутствие активности в данном случае скорее положительно скажется на защите вышки. Уйти, закрыть, и пусть работает. Только камеры оставить, чтобы отслеживать.

Пленницы думали долго, но согласились, чему я откровенно рада. Я действительно буду довольна, если они не виновны. У нас есть убитые, раненые. И замена, пусть даже такая, это хорошо. Но не раньше, чем они пройдут полную проверку. Мы не можем рисковать.