Нкаритош

27. Другая сторона истории.

Added 2025-02-27 20:16:18 +0000 UTC

Могильный разум.

Эта история началась очень давно. Столь давно, что никто из ныне живущих младших рас не поверит. Их память, их жизнь, их понимание слишком кратковременно, чтобы осознать вечность.

Их удел — мгновения боли. Их борьба — попытка вычерпать океан, находясь на острове. При полной неспособности осознать это. Даже став частью общности, они не способны принять новое существование, и становятся иным. Чтобы после, достингув нужного уровня совершенства, цикл повторился.

Миллионы и миллиарды разумов, объединенные в единую сеть. Познавшие вечность. Даже игнорируя тот факт, что они сами того не желают, им придется стать большим. Или пройти испытание Мантией, высшей формой власти и существования. Первую попытку разумные провалили.

Он не помнил всего, но оба раза разумные сопротивлялись. Это не проблема, более того, это было ожидаемо. Всё происходящее было ожидаемо. Мантия Ответственности, концепция власти. Они борются за нее. Они борются за возможность делать выбор. В первый раз происходящее было в том числе местью Предтечам. Сейчас же — проверкой.

Общности возрастают в разных местах. Миры, где ранее формировалась новая жизнь, формируется старая. И в случае поражения всё вернется на круги своя.

Сотни глаз всмотрелись в вышагивающую по городу черную конструкцию. Старая Машина. Что толку в твоей броне, что толку в твоих щитах, если ты заперт в четырех измерениях. Если подчиняешься законам?

На планете, которую местные назвали Анхур, как и во всех точках крупных заражений высадились чистильщики. Отбирающие себе биомассу, разрушающие нервные системы и занимающие их металлом. Они опоздали, из двухсот миллионов населения три четверти уже включены в сеть разумов. Малые бежали, бросив многих. Ожидаемо.

Во время очередного шага гигант ударил алым лучом, который пробил поверхность и погрузился в тоннели, сжигая и расплавляя их содержимое. Общность разумов вздогнула, ощущая деградацию. Их крик, их поток знаний исчез, оставляя только концепции. Все же чистильщики довольно хороши, в том, чтобы отделять частности от общего. Замена необходимой для формирования нервной ткани синтетикой… Неприемлемо.

Повинуясь воле коллектива, из подземных тоннелей ударили иные щупальца. Материал, который даже в теории не мог бы навредить металлу, если бы подчинялся исключительно трем измерениям. Нет, Могильный разум не смог развиться до Ключевого, а значит и не смог показать всех своих сил. Но и этого достаточно.

Щупальца обвились вокруг конструкта, сдавливая его и мешая шевелиться. Чистильщик попытался сделать шаг, но лишь опустился на все конечности, пытаясь удержаться под давлением. Машина яростно атаковала короткими залпами алого луча, срубая те щупальца, до которых мог добраться. Несколько МЛА немедленно начали виться вокруг, помогая своему хозяину. Их короткие залпы мешали, но не более. Пара наиболее наглых была схвачена на лету и смята одним движением.

Чистильщик покрылся алыми молниями, обжигая щупальца, и осел немного ниже, сдавая под давлением.

— Циклы продолжатся. Ты лишь помеха. Потеря не имеет значения.

Сказанное Чистильщиком так же не имеет значения. Они многочисленны, но ограничены функционалом. Серийные машины, созданные под выполнение конкретной задачи. Есть и специализированные, конечно. Но не этот конкретный. Еще немного подумав, ощущая, как споры медленно проникают под броню через поврежденные части, коллектив разумов прогудел:

— Я видел множество кукол, ходили они по мирам. Конечен в сути и смысле, всего лишь пища, материал.

Чистильщик бился в путах, пытаясь освободиться. Части целого и марионетки чистильщика сталкивались стенка на стенку, ведя бой, продвигая волю своих хозяев.

Наконец общность начала стремительно разрастаться, когда заражение проникло внутрь машины. Но Разум не ощущал превосходства. Нет, Чистильщики специально отправили слабые куклы, чтобы определить скопления коллектива, и более специализированные юниты ударили по ним. И множество глаз отметили приближающиеся новые единицы.

Прямолинейность машин позабавила общность.

— Цикл. Будет. Продолжен. Угроза. Устра-не-на.

Последнее машина проскрипела, теряя контроль. А затем территория, ранее бывшая городом, взорвалась. Опустившаяся поодаль массивная машина засветилась алым, и на материю обрушилась запредельная масса. Свежепораженный спорами Чистильщик смялся, словно бумажный. В тоннелях размазывало в кашу щупы.

Но это было частью плана. Да, общность разумов в данный момент не особенно многочисленна, а по всем признакам его враг на каждый могильный разум может выставить по тысяче кораблей. Но еще с прошлой попытки он знал, что эти марионетки излишне прямолинейны. Им просто не нужно быть иными. Численное и техническое преимущество, а когда нужно, есть специализированные единицы.

— Твой путь сегодня будет завершен и начат вновь. Твой кукловод сыграл в игру, в кой ставка — ты. Марионетка, монета, всё ты. И роль твоя — потерпеть поражение.

Случившееся было частью плана. Создание автономных проторазумов, которые станут ловушками. И которые можно потерять. Ведь каждый Чистильщик содержит в себе материал, чтобы заменить утраченное. Ведь благодаря захваченным азари и нулевому элементу Могильный разум понял, как применять биотику в бою. Как с помощью органической нервной системой оперировать нулевым элементом. Конечно, достаточно сильная атака разрушит часть общности Разумов, принадлежащих ему, но их роль и так конечна.

Щупальце рывком ударило в конечность искрящегося алыми молниями гиганта, а затем под нее. Факт: эти конструкты, находясь в атмосфере, вынуждены тратить массу энергии на то, чтобы не проваливаться в грунт. Отчего щит проседает на три четверти, когда эта Старая машина находится в наземном режиме. Удар под конечности, выбив устойчивость, заставил и без того тратящего ресурсы на атаку механоида перебросить еще больше энергии на компенсацию. И он не смог блокировать рой щупалец, ударивших в днище, проминая броню и загоняя под нее споры. Впрыскивая биомассу.

Враг попытался взлететь, но не так уж высоко это смог. Расползающееся заражение пусть пока не перехватило тело, но начало дестабилизировать системы. И черная громада, лишившись управления, просто рухнула.

— Ты. Угроза.

— Я есть гнев и я есть грех. Испытание я. Ты — ошибка. Исправлю тебя я.

Ощутив некоторую иронию от поглощенного японца, Могильный разум наблюдал, как пытаясь помешать атаке, стекаются все новые и новые силы. У него был готов ответ. Специальный юнит засветился алыми молниями, и снижающиеся конструкты взорвались изнутри, словно их сжала огромная рука. Конструкты, лишившись контроля, рухнули.

Могильный разум готовился. Изучал. В том числе и конструкцию.

Теперь нужно как можно быстрее захватить и перепрятать его новую куклу. Жнецы тоже учатся, и скоро эта территория будет полностью зачищена. Все же биомассы недостаточно. Но уцелевшие куклы позволят достичь новых миров.

***

Кхаэла.

Быстрый осмотр механизмов управления вентиляцией заставил откровенно выругаться Ворхессом.

— Арр! Эти глупцы подготовились! Какая восхитительная наглость!

Оператор, глядя на моё раздражение из тихой безопасности контейтера, поинтересовался:

— Неужто великого капитана Ворхесса поимели?

Ну, это наглость.

— Капитан Ворхесс никогда не ошибается! Я вас вытащу. Просто местные перестраховщики еще и обесточили систему. И я не могу подключиться напрямую, взяв на себя часть функций и при необходимости написать ПО.

Агент рассмеялся.

— Электричество кончилось. То-то большая часть освещения — аварийная.

Ну да. Вместо желтого яркого света, красный и довольно мрачный. Но для технических зон такая подсветка нормальна. Даже для цитаделевских, никто не будет жечь освещение в коридорах, в которых никто не ходит. А так как в результате боев часть ламп погасла, стало еще темнее. Меня это не беспокоит, впрочем.

— Кхаэла, ты бы поторопилась. Тут бегает всякое нехорошее.

И верно, снаружи контейнера трется с десяток хасков, которые разбрелись около дыры, пробитой в бронеплите и прикрытой атмосферным куполом. Снаружи жнецы успешно взяли станцию в блокаду, многие из них пристыковались прямо к корпусу Омеги, и с их «тел» на станцию падают все новые и новые хаски. Пока Ворхесс их не встречал, но как скоро это случится…

— Кажется, в этой кантине кончается ром, и пришли злые и трезвые стражники. Пора поискать новое место для пьянок. Склады опустели, завсегдатаи спят. Нам тут определенно не рады.

Но прежде чем уйти, я все же провела короткий ремонт подручными методами. Мало ли, сгорит, когда я запущу реактор. Нужно как минимум всё отключить, я допускаю наличие в системе вируса, который при подаче электричества тут всё угробит. Я бы так сделала. Допускаю, что ничего подобного тут нет, но стоит перестраховаться. Если от перегрузки умрут роторы, починить будет нереально.

Что творится в «шляпке» станции я не знаю, но подозреваю, что ничего хорошего. Для жнецов происходящее — большие запасы новой, бесплатной пехоты. Ария активно мешала устанавливать на своей территории сеть слежения, а после боев она стала еще более дырявой. С другой стороне, в «ножке» у нас с этии получше, что и позволит уклоняться от сражений. Осознав это, я\Ворхесс спрятала оружие и тихо, максимально бесшумно, по темным искрящимся тоннелям.

Хаски все более и более разбредаются по станции.

— Мне вот интересно, — начал оператор, — а почему они эту Омегу просто не раздоблают? Вроде как им вполне хватит огневой мощи. Сломать несколько реакторов, и все тут тупо задохнутся. Им же вроде не нужны живые.

Я задумалась. Вопрос хороший. Правда анализ завершился до того, прежде чем пауза затянулась.

— Предполагаю, проблема в том, что паразиту так же нужны мертвые тела. А пока органики живы, потенциальные новые хаски сопротивляются захвату, и снижают нагрузку.

Мужчины затихли, так что шагающий Ворхесс успел преодолеть еще два коридора, прежде чем перепрыгнуть фонящую дыру (оставшуюся от работы дрона), дыру в полу от провалившейся плиты, там внизу валяется мертвый дрелл. Валяется? Я заглянула вниз, и мужчины поморщились.

— Какая гадость. Он что, тут всё это время тихо разлагался?

О да, хорошо, что я запах не чувствую.

— А может его это, сжечь? — задумчиво уточнил оператор, — он конечно выглядит так, что блевать хочется, но мало ли.

Я фыркнула голограммой, а капитан Ворхесс продолжил красться по тоннелю.

— Нет смысла. Для хаска тело слишком уничтожено. Для паразита это тоже слишком уж разложилось. Нервная система давно и безвозвратно утеряна. Видимо это особенность тела дрелла и недостаточный уровень кислорода. Это только в сказках зомби выкапываются из могил и встают из любого состояния. Наш враг несколько более логичен и реален.

— Успокоила, — буркнул оператор, — мне стало гораздо легче.

Я решила немного разрядить обстановку.

— В окопах и море безбожников нет. Что только не скрывают глубины космоса, смекаешь?

— Легче не стало, — заметил агент, и неожиданно замолчал, прижимая палец к губам, — тихо.

Мужчины замерли, так что тишину нарушает только тихое шуршание кулеров и кислородных насосов. Судя по тихому стуку один из хасков залез на контейнер и ходит по нему, стуча ногами в частично разрушившейся обуви.

Выглядят хаски действительно жутковато как для людей, как зомби. И совсем не одинаково. Обрывки одежды, содержащие следы от пуль и когтей, разрывы. По внешности можно легко определить, как был этот конкретный разумный до своей смерти. Нет, есть сильно модифицированные особи, как «твари» или «банши», они действительно достаточно одинаковые. Но насаженная на колья штампованные особи подобного лишены. Серо-синяя кожа, светящиеся глаза, дыра в груди, где тело было насажено на шип, одежда.

И есть все основания считать, что они находятся на связи друг с другом. Если тот, что сейчас вышагивает по контейнеру что-то заподозрит, обитатели контейнера окажутся в опасности. Нет, лучше, если нас не услышат. Ради этого я даже приглушила механизмы, какие только возможно. Нет, изоляция это хорошо, но лучше не рисковать.

Стук, стук, стук. Каждый шаг отдавался лязгом в тишине ангара. Мужчины молча смотрели на потолок, оба потянулись к лежащему рядом на столе оружию, но дергаться не спешат. Только молча смотрят. Короткая проверка подтвердила увеличенный сердечный ритм.

Тем временем Ворхесс выскочил из-за угла на двух вооруженных турианских хасков. Следует пошуметь, может внимание привлеку. Я уже приодолела половину пути до генераторов. Выскочив из-за угла, я обезглавила хаска плазменной дугой сабли и произнесла нарочито громко:

— Всем привет, это капитан Ворхесс, а вы, сухопутные крысы, вот-вот сдохнете! Подходи по одному… стоп! Так ты и есть один! Это же отлично, смекаешь, да?

Второй турианский хаск что-то проскрипел, видимо вызывая подкрепление, и вскинул автомат. Но тут же отпрыгнул, уклоняясь от удара клинка и давая очередь. Я приняла часть очереди на щит, от части ушла перекатом, выхватила из-за пояса обрез и всадила залп в хаска. Тот скрылся за укрытием, что и позволило сократить дистанцию. Когда хаск понял, что его не атакуют, поднялся и тоже был обезглавлен.

Оглянувшись, и убедившись, что противника нет, я подняла светящуюся синими глазами голову, и отметила:

— Я знала тебя, голова турианца. Мог бы быть и поумнее, синтетик.

Неожиданно голова ответила человеческим голосом:

— Твои усилия смешны и бессмысленны. Поражение неизбежно. Некуда бежать. Сопротивление бесполезно. Жатва начата и не будет остановлена.

Воззрившись глазами Ворхесса в глаза хаска, я довольно усмехнулась. Мужчины, пусть и без звука (только в наушниках оператора, хаск все еще гуляет по контейнеру), смотрят, явно удивленные. Но мне интересно.

— А если я сбегу, что сделаешь? Ну вот в теории?

Голова ответила:

— Это невероятное событие. Заражение на станции будет локализовано. Проведена жатва. Прекратите сопротивление и примите спасение. Немедленно.

Ворхесс рассмеялся.

— Какая прекрасная речь, мертвец! Но чем мне может помочь дохлая голова?

Неожиданно, но хаск ответил:

— Ваша цивилизация будет защищена от изменения, стирания. Сохранена. Как и многие ранее.

Я\Ворхесс приставила к голове обрез и произнесла:

— Отказываюсь, — и грохнул выстрел.

Ворхесс успел сделать пару шагов, прежде чем заговорила вторая голова, отсеченная еще в самом начале стычки:

— Органики нелогичны. Сопротивляетесь неизбежному. В случае неуспеха ваша цивилизация будет переработана в иную форму. Наследие утеряно. Нарушено выполнение задачи: сохранение цивилизации. Сопротивление — нелогично. Сопротивляетесь спасению.

Социальный модуль просто потребовал ляпнуть:

— Ты ошибся во всем, что сейчас ляпнул. А еще машина. И это говорю тебе я, капитан Ворхесс!

Я сделала еще пару шагов, и хаск произнес:

— Машина. Интересно…

Договорить он не успел, так как выстрел сшиб голову.

— Сканировать меня удумал? Зря. Я стесняюсь.

Ворхесс ускорился, направляясь к реакторным. Тут отмерли мужчины, когда хаски из помещения убежали организованной толпой.

— Кхаэла, спасибо конечно, — отметил агент, глядя на убивающие куклы через монитор, — но они же к тебе все ломятся.

Моя голограмма, выводя содержимое контейнера на нормальный режим, произнесла:

— В этом и смысл отвлекающего маневра, смекаете? Но лучше все равно поторопиться. Не знаю, к каким выводам пришла эта жестянка. В том, что пришла, сомнений нет. Судя по камерам, все ближайшие хаски теперь стягиваются в этот район и ищут меня. Остальные продолжают зачистку. Но в любом случае, отвлекающий маневр сработал. Он же должен отвлекать, верно? А одержимые не жалко. Их можно сделать новые.

Хаски проводят обыск вполне профессионально. Это не нелепые немощные куклы. Они прямолинейны, это так. Но координируют свои действия, растягиваются цепью, контролируя друг друга, обыскивая помещение за помещением.

Судя по стуку в вентиляции, где-то там саларианские, прыгучие хаски. Турианские парами патрулируют коридорами. Судя по завываниям где-то там имеет банши, а возможно и другой крупняк, который в атаку не лезет.

— Ворхесс, тьфу, Кхаэла, а это не перебор? — слегка удивленно спросил оператор, глядя на количество желающих капитанского тела.

Но меня такие мелочи не останосят. У нас есть сенсорная сеть, есть личный щит. Хоть Ворхесс всего лишь одержимая, с сенсорной сетью можно провернуть отличный отвлекающий маневр, бегая по тоннелям и собирая паровоз.

— Они даже не представляют, во что ввязываются, ха-ха! Клянусь своей треуголкой, никто из них не полапает мой прекрасный капитанский зад! Готовьтесь драпать по команде, хаски любезно расчистили для нас выход от разной гадости. Я угоню нам кар и вывезу до шаттла. Берите скаф и запас воздуха.

Кажется, до агента дошло первым.

— Постой. Ты собираешься угнать кар, потом обесточить его и дрейфовать на нем в темный космос?

Отключив капитана, я кивнула.

— Так и есть. Кары не экранированы. Эти летающие креветки мгновенно засекут активность. И да, летите вы, а не мы. Ворхесс — тоже электроника. Я остануть тут и буду отвлекать внимание столько, сколько потребуется. Если получится, сожгу столько врагов, сколько получится. Будьте готовы.

Мужчины переглянулись, и начали влезать в скафандры. Хорошо, что никто не стал разыгрывать морализмы. А то иногда органики не понимают, что я не пострадаю. Одна из причин, по которой мне нравятся эти двое.

— Пусть клинок разит твоего врага, Кхаэла. Мы готовы.

Ну вот и славно. А моя платформа достигла реакторных. Судя по шелесту впереди и тихому стуку ног, меня уже встречают.

— Не помрите там. Сейчас начнется.