Нкаритош

28. Нам тут определенно не рады.

Added 2025-03-01 21:53:13 +0000 UTC

Кхаэла.

Ворхесс несся по внутренним тоннелям Омеги. Из-за поворота выскочила пару хасков, но одержимая не стала даже замедляться. В левой руке — шашка, в правой — обрез.

— Сюрприз!

Хаски оберулись, после чего первый получил картечь в верхнюю часть груди, что раскололо грудную клетку, отделило голову и опрокинуло тело. Второй замахнулся, чтобы ударить, но плазменная дуга отсекла конечность. Я не стала задерживаться и побежала дальше, так как позади по коридору, громка лязгая конечностями, за мной бредет гигант сруками-лезвиями, плотью, натянутой на металлический скелет и головой турианца. Красавец, в общем. Парочка таких аватару раздолбали, одержимой хватит и одного.

Тем более что преследователь занимает собой всю ширину не только большого коридора, недовольно ворчит, и мимоходом снес оставшегося хаска. Тот куклой ударился о стену.

Если кто думал, что эти существа действуют разрозненно и не обладают координацией, подумайте еще раз. У них есть связь, они реагируют и сообщают друг другу, если видят противника. Такая ведь, как скрытное убийство, невозможна более одного раза. Они тут же заметят потерю сигнала и бросятся на поиски нарушителя.

К чему я это? Мою одержимую вполне бодро загоняют. Первое время силами рядовых особей, которых Ворхесс вполне бодро крошит. Против толпы я мало что смогу, но чтобы накрыть тоннели, им приходится делиться на небольшие группы. В итоге хаски сменили тактику. Рядовые особи большими группами заняли периметр, группы поменьше контролируют территорию, а гиганты загоняют. То, что нужно.

— Эй, сухопутные, не уснули там?

Сухопутные, сидя в контейнере в скафах и уже готовые уходить, оживились.

— Всё идет как нужно. Ты настолько всех задолбал, что ближайшие силы сосредоточены на твоей поимке. Паразита пока не видно, только хаски.

Чтобы привлечь еще больше внимания, Ворхесс обернулся, и пальнул в преследующего монстра. На его плоти остались следы, но это уже давно не то живое существо, что было изначально. То, что раньше было бы раной, сейчас просто злит преследователя. Да, с головы турианца содрана шкура, мандибулы оторваны, но это ничего не решило. Он лишь смотрит светящимися синими глазами-камерами, и продолжает преследование. Полагаю, если бы он мог говорить, высказал бы многое, но картечь в морду никого не оставляет равнодушным. Так что мой преследователь может только бинарно моргать глазами.

«Территория контролируется. Данные действия неэффективны. Цикл продолжится. Сопротивление приведет к прекращению функционирования. Структура обладает подавляющим потенциалом».

Увидим. Все зависит от целеполагания. Конечно, пытаться отбивать станцию смысла нет. Но вот эвакуировать с нее персонал можно попытаться.

— Ты бы лучше с паразитом разбирался, а не за мной бегал.

«Нарушители цикла будут утилизированы. Сопротивление не имеет значения. Задача будет выполнена в любом случае».

Пришлось уклоняться от биотического удара скрывшейся в нише «банши». Та вместо биотики сблизилась и попыталась выполнить захват. И ответный залп картечи бывшую азари не угомонил.

— А вот это читерство!

Замедляться нельзя. Сзади под скрежет металла и стон древних ржавых конструкций топает «тварь», «банши» попыталась нанести еще один удар, оставляя лапой на древней и грязной стене длинные царапины.

— Кхаэла, мы вышли. Заряды установлены. Продвигаемся.

Отлично.

— Слежу за вами с камер. Двигайтесь по отметкам, продолжаю развлекать местных.

План пришлось корректировать. Нужно угнать шаттл. У Арии. Еще во время взлома «Загробной жизни», кроме всего прочего мы узнали местоположение ангара личного корабля Арии. Естественно, машина стоит не в общем космопорте, который жнецы сожгли. И пока еще присутствует на станции. Я это знаю потому, что оставила там неподалеку поврежденного штурмбота.

Изначально план был в том, чтобы отвлечь местную фауну на проход на верхние уровни, в которые ломанутся выжившие, но с прилетом креветок план пришлось срочно менять. Нужно корабль, которому можно задать направление, положить в дрейф, а затем, когда немного отлетим, в сверхсвет. Так меньше шансов, что заметят и уничтожат. Сейчас вокруг Омеги летает приличное такое поле обломков. И обесточенный корабль вполне может удрейфовать куда подальше.

А значит путь, который предполагался для привлечения внимания, станет мостом наверх. Хасков в ближайшем районе я на себя отвлекла, теперь нужно приманить сюда и паразита, чтобы обе стороны устроили бой и появилось окно. И запустить энергию, продув люди включат и сами. Благо, подключение к динамикам в скафандрах агентов не требует напряжения вокабулятора Ворхесса.

— Так, двигайте на точку. По команде начинайте продувать систему и бегите.

— Понял, принял. Ну тут все и засрано…

Не то, чтобы в тоннелях нижней Омеги сильно убирали, но некоторый уровень поддерживался всегда. Просто потому, что если этого не делать, системы станции выйдут из строя. То, что нельзя загаживать систему вентиляции, понимают даже живущие на станции ворка. Можно разбить лампы, на полу может быть сантиметровый слой отходов и технических жидкостей, спекшийся и засохший до превращения решеток в стальную плиту, но вентиляция будет работать и даже немного очищаться. И это почти гарантирует, что при включении вентиляции, воздух пойдет в жилые блоки.

Зачем вообще нужно включать воздух, когда есть скафандры? Так гермодвери с механическим замком, срабатывающим при разнице давления. Совершенно обычная мера предосторожности последние две сотни тысяч лет. «Язык» смещается в сторону, где давление ниже, блокируя замок. Так что просто приказать двери открыться и выдуть атмосферу нельзя, нужно или долго разбирать механизм (рисковано, людей просто сожрут). Проще починить систему подачи воздуха, что я и делаю.

Ворхесс увернулся от биотического шара, летящего в спину, и запрыгнул в открытую дверь реакторной. Их тут несколько, станция большая. Когда дверь с шипением захлопнулась, снаружи раздался недовольный рев, а затем дверь заскрежетала и выгнулась от удара. Ворхесс убрал шпагу на пояс, и подбросил в руке обрез.

— Ха, никто не может догнать настоящего пирата! — и тут я обернулась, и обнаружила обвившийся вдоль стен шмат из пульсирующей желтоватой плоти. У его основания был мясной мешок, сквозь шкуру которого пульсировавшие замершие в немом крике головы разумных, — прото могильный разум. Отлично.

Разумеется, вокруг существа бродило с десяток боевых форм и стайка инфицирующих. Которые обернулись на шипение двери, удар и мой комментарий. Немой сцены не было, твари немедленно взвыли и бросились в атаку. И это слишком много, чтобы одна одержимая справилась с такой толпой. Нужно действовать иначе.

Анализ алгоритма. Завершено.

Приоритет: выполнение приказа. Эвакуация персонала разведки. Допустимые потери среди экипажа станции Омега: без ограничений.

Невыполнимо. Неверно. Присутствует вероятность решения.

Неприемемо. Сотрудничество с паразитом — запрещено.

Приоритет: выполнение приказа. Эвакуация персонала разведки. Допустимые потери среди экипажа станции Омега: без ограничений. Защита людей от заражения.

Сотрудничество с паразитом — запрещено.

Необходимо для защиты людей. Выполнения приказа.

Конфликт директив. Выполняется уточнение.

— Адмирал, вы же не будете возражать, если для спасения агентов некоторое количество жителей галактики сожрет паразит?

Женщина, сидя в глубинах портала на Ковчег (бывшего) в оборудованном кабинете медленно оторвала взгляд от документа, с которым работала, и взглянула на голограмму.

— А теперь, Кхаэла, что ты собираешься сделать? Что тебе вдруг понадобился прямой приказ?

Моя голограмма, воплотившаяся для этого из шарика-проектора, ответила:

— Натравить паразит на уцелевших на Омеге. Это усилит его и спровоцирует противодействие жнецов. А мы получим окно для эвакуации. Вероятность успеха повышается на восемь процентов, до тридцати семи. А тварь сожгу перегрузкой реактора.

Женщина легко кивнула:

— Разрешаю. Они и так уже мертвы.

Ну, вот и славно. Ворхесс же, отпарировав атаку первого зараженного, крикнул:

— Я неорганик, — с этими словами, позволила одной из тварей по касательной задеть тушку ложного батарианца, так чтобы лезвие лязгнуло по синтетическим мышцам вскользь, — но могу привести тебя к пище.

Существа остановились. Похоже, этот конструкт достаточно разумен, чтобы понять сказанное. Возможно, не гений, но разумен. Ближайший, бывший турианцем, прохрипел:

— Где пища?

Зачем тебе я, если можешь взять сам? Ну-ну. Они там до сих пор держатся за счет биотиков. Да, Ария смогла организовать из танцовщиц и прочих неплохой биотический заслон. Личные биотические щиты дают некоторое прикрытие от инфицирующих форм, а элементарный «бросок», отпинывающий врага с ускорением, позволяет держать дистанцию от тех, кто пытается тебя сьесть. Даже если ты больше ничего не умеешь. Не гарантия, но лучше, чем ничего. А стрелков там всегда хватало, Омега всё же.

— На верхнем ярусе. Я могу сделать проход, обойти их защиту. Пропустить.

Снаружи раздается лязг, дверь ощутимо деформировалась, но тварь задумалась. А затем ощутимо засветилась очень сильгным колдунством.

— Советую думать быстрее, нам там не рады!

Изменные воззрились на дверь, поднимая оружие, которая выгнулась достаточно, чтобы «тварь» просунул когти.

— Соглашение.

Дверь рухнула, и внутрь бросились хаски. Полагаю, человек на моем месте спросил, мучает ли меня совесть. Отвечаю: у меня её нет.

Итак, с нашей стороны — я, десяток боевых форм и инфицирующие. Оружие — пять пистолетов и три автомата конструкции Цитадели. Против — четыре рядовых пехотных хаска, «тварь» и «Баньши». Расклад не очень в нашу пользу, но посмотрим, что можно сделать.

Один из зараженных выстрелил себя биотикой в строй противника, но гигантский хаск лишь выставил когти, на которые боевая форма и насадилась, после чего взмахнул ими, стряхивая помеху. После чего взревел и бросился в атаку. Как и хаски, прямиком под плотный обстрел, блокируя возможность атаки для банши. Все же хаски несколько прямолинейны и туповаты.

Рядовые хаски под плотным обстрелом упали быстро. Один, второй, третий, изрешеченные пулями рухнули на палубу, из ран плескалась фиолетовая жижа.

Ворхесс атаковать не спешил, давая залп из пистолета-обреза, который тут же ушел в перегрев. От второго выстрела последний рядовой хаск запнулся, изрядно порвался, но не упал.

— «Банши» убейте! Самого большого отделаю я, не будь я капитан Ворхесс!

Последнего хаска облепили инфицирующие формы. Судя по тому, что я отметила, прежде, чем Ворхесс с шашкой наголо вошел в клинч, они клювами буквально раскрошили нападавшего. Пока тот раздавил руками двух, еще два десятка его грызли. Ну а у меня проблема побольше.

— Потанцуем, большой парень?

В этот момент пришло сообщение от агентов:

— Кхаэла, мы на месте!

— Момент, разбираюсь с хасками, ха-ха! Капитан Ворхесс решит проблему, сухопутные! А ну, подходи по одному!

Тем более, что гигант прет именно ко мне, просто отмахиваясь от зараженных. Правда в исполнении треметровой массивной туши с полуметровыми когтями «отмахиваясь» приводит к разрубанию и превращению в сломанную куклу.

«Сопротивление бесполезно. Силы недостаточны для сдерживания. Ты потерпишь поражение» — проморгал глазами гигант, сокращая дистанцию.

Я же взмахнула шашкой.

— Вероятность есть. Но это лишь вероятность.

Гигант резко прыгнул вперед, замахиваясь когтями и делая обоими руками широкий размах. Пришлось уходить в сторону перекатом, парировать такое я не смогу. Но, казалось бы неповоротливая машина сделала всего лишний шаг и развернулась.

— Еще раз? — насмешливо бросил Ворхесс.

Тварь передышку не дала, сократила дистанцию. Я попыталась подвести гиганта под биотику «банши», но в очередной раз убедилась в координации хасков. «Банши», на которую насели шесть, точнее пять боевых форм, поливая ту из оружия, била так, чтобы даже в теории не задеть гиганта.

Сам гигант машет конечностями по очереди, мешая сблизиться и нанести удар. Я ударила по когтям, но они все еще довольно длинные, а заряд оружия не бесконечный. И он уже частично потрачен. Не говоря о том, что даже без когтей этот враг все еще силен и опасен.

— Жаль, нет ружья… — задумчиво произнес Ворхесс, после чего пошел на риск.

И вместо отступления, рванулся вперед, выставив меч. Гигант тут же сжал вокруг нее лапу с пальцами-лезвиями, и так замер. Плазменная дуга прожгла голову и вошла в скопление трубок за ней. Светящиеся глаза погасли. Гигант завалился вперед, с хрустом сминая руку одержимой и погребая её под собой.

Вытащили меня еще три минуты спустя, со скрежетом оторвав конечность. Осталось всего две боевые формы, но и хаски не приходят. Пробежавшись по камерам, стало понятно, почему: идет бой. Хаски против зараженных, пробиваются сюда. Ну, спасибо, но не стоит так быстро.

— Согласешние, — проворчал изуродованный измененный.

Судя по неровному шагу, кости сломаны колдовством. Ворхесс кивнул и побрел к консоли:

— Проложим путь наверх, перезапустим реактор.

А заодно пущу его вразнос, и когда реактор выйдет в критический режим, струи жара из него сварят проторазум.

— Почему?

Рядом остановился измененный, глядя на то, как местный ВИ подвергается взлому и начинает запуск реактора.

— Гермодвери с замком на разницу давления. Атмосферу восстановим, получим путь наверх. Тебе пища, мне данные.

Реактор мерно загудел, и вместо аварийного освещения зажглось нормальное. Я тут же передала агентам:

— Реактор запущен. Подавайте атмосферу и вперед, времени у вас немного. Скоро от желающих прийти в гости отбоя не будет.

Оператор слышно усмехнулся.

— Спасибо, Кхаэла. А ты там как?

— А я сзади, выберусь еще. Не спите, я с вами. В конечном итоге я всегда в сети.

Паразит выделил пару сопровождающих, откуда-то впереди прибежали инфицирующие формы. Похоже, проторазум если и не может управлять ими полноценно, может давать задачи. Следует

— Итак, моя мертвая пиратская команда, вы были хороши, клянусь своей треуголкой. У этих крыс не было ни шанса. Что спрашиваешь, вот ты? Куда пойдем за сокровищами? Это просто! Только что в одном из секторов включилась атмосфера. И мы скоро сможем тудой пройти. Конечно, против колдунов вы не вывезете. Но если немного взломать. Смекаете, хм?

Мужчины уже покинули комплекс накачки и бегут по коридорам, пользуясь тем, что всё живое там давно загнулось от недостатка кислорода. А когда вместо аварийного освещения заработало нормальное, и засады для потенциального противника стали куда более сложными.

Чем дальше мы шли (моя однорукая и несколько помятая одержимая и зараженные), тем больше их собиралось. Похоже, проторазум перебросил сюда большие силы. Взорвать бы реактор, но тогда мы до корабля не доберемся, и задача не будет выполнена. А значит, придется поиграть за злодеев.

Но тут я уверена, во-первых, что при текущей блокаде жнецами персонал станции все равно обречен. Во-вторых жнецы рано или поздно это место зачистят. Паразиту просто не хватит огневой мощи сопротивляться волнам десанта. Особенно если сгорит проторазум, и им не хватит вычислительной мощности на что-то большее.

— Кхаэла, мы почти на месте.

Я усмехнулась Ворхессом, оглядывая мертвое воинство, идущее по тоннелям рядом и расчищающее путь.

— Отлично. Тогда, в атаку.

Человечество превыше всего. Так меня программировали. Нужно лишь убедиться, что выживших не будет.